Хоккей. Варламов: “Мне дали клюшку, надели коньки, и я понял, что это моё”

Генеральный директор УХЛ Сергей Варламов стал героем выпуска программы “Настоящее интервью” Мариупольского телевидения. Он рассказал о своей профессиональной карьере игрока, личной жизни и просто о хоккее в Украине.

— Как вам то, что в Мариуполе открылась Ледовая арена и появился хоккейный клуб?

— Конечно, это огромное событие для города, для жителей Мариуполя, что будет хоккейная команда. Хотелось, чтобы так же было и в других городах Украины. И, тем не менее – это большой толчок к развитию этого вида спорта, чтобы дети не шатались по улицам.

— Как хоккеист, вы можете сказать, что это именно то, чем могут заниматься ребята?

— Травмы будут. Без них в таком виде спорта не пройдёт. Но он закаляет, даёт определённую хорошую мотивацию для того, чтобы понять, кем ты можешь стать дальше. Это можно сказать о любом виде спорта, но хоккей тебя закаливает побольше.

— Когда вы ощутили, что Вам нужно заниматься хоккеем?

— Мой отец привёл меня в 6 лет в команду. Но там ему сказали, чтобы он меня привел через полгода. Я был расстроен тем, что сразу не взяли. Хоккеем начал заниматься с 7 лет.

— Помните ли вы своё первое ощущение, когда встали на лёд?

— Начал кататься с 5 лет. В то время везде во дворах заливали лед и я катался ещё на коньках с двумя лезвиями. Потом родители меня переставили на коньки с одним лезвием, которые в те времена не так было легко достать. И я спокойно начал кататься.

— Сколько лет вы тренировались, не принимая участия в различных соревнованиях?

— Несколько лет тренировались, оттачивали технику катания. Так как если ты не можешь кататься, то смысл играть.

Первый мой турнир был в Венгрии, мне было 10 лет. Мы обыграли своих сверстников с очень большим счетом. А ребят чуть по-старше, также обыграли, но с более крупным счетом.

— Как вы справлялись с большой нагрузкой во время тренировок в детском возрасте?

— Для меня хоккей всегда был №1. У киевского “Сокола” была своя база в Конче-Заспе. И вот, с 10 лет, мы каждое лето по 2 месяца жили в брезентовых палатках. Подъём в 7 утра, пробежка, зарядка, купание в озере. Потом завтрак, уборка территории.

Потом вторая тренировка, а далее обед и тихий час. Если кто не спал и мешал остальным, то его наказывали кувырками по шишкам в соснах. После тихого часа – ещё одна тренировка. Не скрою, было тяжело. Родителям разрешалось приезжать по воскресеньям на базу, на пару часов. Несмотря на трудности, именно благодаря этому я стал тем, кем и являюсь.

— Помогло ли это воспитание в школе?

— В то время я учился в специальном классе. Всю команду перевели в одну школу и там пришлось под нас подстроить график обучения.

— Ваш старший брат занимался хоккеем. У него так же были с этим трудности или нет?

— Он больше пошёл по школе. Когда ему было 17 лет, он перестал играть хоккей. В 1994 году, когда мне было 16 лет, я улетел в Канаду и пропустил практически весь год учебы. Когда вернулся, то учителя дополнительно занимались со мной, а потом сдавал экзамены.

— Как жизнь в Канаде? Вы там были без родителей?

— Мне понравилось. Да, был без родителей – свобода, никаких ограничений. Только нужно было играть в хоккей.

— Сейчас в Мариуполе открылась Ледовая арена, и наши маленькие хоккеисты будут там воспитываться. Какие вы можете дать советы для детей, чтобы их родители не переживали в подобных ситуациях?

— Я являюсь генеральным директором УХЛ и буду стараться развивать хоккей в Украине настолько, чтобы они даже не хотели уезжать, а наоборот, чтобы ехали к нам.

— Что было дальше после школы?

— Дальше я уехал играть уже в более профессиональную лигу WHL. Выступал там за команду “Свифт-Каррент Бронкос” и в первый же год получил травму колена и выбыл, из-за чего не попал на драфт НХЛ. Мой друг, с которым я ездил, попал в “Питтсбург”.

В тот год я не вернулся домой, а остался в Канаде. Залечивал травму, тренировался, готовился. И мой агент договорился, что я поеду на просмотр в “Калгари Флэймз”. Там сразу подписали со мной контракт в НХЛ даже без драфта.

— Это была ваша мечта, попасть туда или вы согласились из-за денег?

— Деньги – это мой заработок. Карьера спортсмена в любом виде спорта ограничена. Поэтому ты всегда играешь, чтобы получать деньги, которые потом нужно будет правильно инвестировать, а не просто проживать.

Туда попасть – это цель. Но попадая туда, ты понимаешь, что тебе должны платить. Так как твоё тело не вечно, оно разрушается в спорте.

— Какие ваши достижения в НХЛ? Помните ли вы свой первый матч?

— Первый матч я сыграл в 18 лет против “Ванкувера”. В тот день мой любимый игрок Павел Буре забил 50 гол в сезоне. На льду я провёл 2 минуты и 21 секунду.

Следующий сезон я начинал играть во второй команде в AHL. Оттуда меня вновь перевели в основную команду, и в первом же матче я забил гол. До сих пор это помню.

В том сезоне я сыграл 7 игр и забил 3 гола. Казалось, что всё пойдет, но в НХЛ меняются тренера и некоторые из них в те годы были старой закалки. Им не особо нравились хоккеисты из стран бывшего СССР. Увы, я попал на такого.

— У вас было время на личную жизнь или нет?

— У меня трое детей, так что время было (смеется). Были и ограничения. Я жил по одному графику, а у семьи он был другим. И тем не менее, жена меня всегда поддерживала.

— Почему вы ушли из НХЛ?

— В 2004 году там получился локаут. Владельцы клубов хотели платить меньше, а игроки сказали – нет. Тогда много хоккеистов из НХЛ переехали играть в Европу и я тогда уехал в Казань. Потом переехал в Новосибирск. Пару лет играл в Минске, а потом пригласили в “Донбасс”. Я согласился и поехал с семьей в Донецк.

— Как вам там было?

— Было очень комфортно, команда развивалась. А потом мы из ВХЛ вышли в КХЛ – появились новые игроки, новые цели. Плюс мы выиграли один раз Континентальный кубок. Мы двигались вперёд.

— Почему, на ваш взгляд хоккей был не настолько популярным в Украине как футбол или баскетбол? Сейчас ситуация меняется и тем не менее.

— Хоккей – это сравнительно дорогой вид спорта. Коньки стоят от 300 до 500 долларов. Каждая клюшка – 150 – 200 долларов. На сезон тебе нужно около 60 штук. Это если ты профессионально им занимаешься. Остальная экипировка и так далее. Для профессиональных хоккеистов сумма будет около 1500 долларов в месяц. Кроме того, содержание арен, того же льда – дело тоже затратное.

— В профессиональном футболе игроки могут за пару игр заработать большие деньги. А сколько можно заработать в НХЛ?

— В Национальной хоккейной лиге можно заработать как минимум от 800 тыс. долларов за сезон. Минус налоги. В зависимости от штата – от 35% до 45%.

— А как понять родителям – хочет ли ребенок заниматься хоккеем или нет?

— Если вернуться к моему примеру, то мне дали клюшку, надели коньки, и я понял, что это моё. Когда я жил в канадской семье и играл в юниорах, то там родители отдавали своих детей во все кружки. И ребенок потом сам определял, чем он будет заниматься, а чем нет.

Поэтому, мой совет родителям – отдавайте своих детей на максимально огромное количество видов спорта. И вы потом увидите сами, что ребенку понравится и куда он сам потянется.

Скажу за хоккей – с 16 лет я болел всего один раз. Даже коронавирус прошел стороной.